Паасо В.Т.

 

ПИСЬМО АКАДЕМИКОВ.

ХРОНИКА СОБЫТИЙ

 

22 июля 2007 года десять академиков РАН, в частности, Виталий Гинзбург и Жорес Алфёров, обратились к президенту Путину с открытым письмом под названием “Политика РПЦ: консолидация или развал страны?”, в котором выражается беспокойство в связи с “возрастающей клерикализацией российского общества” и “активным проникновением церкви во все сферы общественной жизни”. Письмо вызвало неоднозначную реакцию в обществе - от безоговорочного одобрения до безоговорочного отрицания.

Академики выступили против предложения РПЦ включить теологию в перечень научных специальностей и введения в школах обязательного предмета “Основы православной культуры” (ОПК). Ученые были удивлены, как теологию - совокупность религиозных догм - можно считать научной дисциплиной. “Любая наука оперирует фактами, логикой, доказательствами, но отнюдь не верой”, - говорилось в послании к президенту России. Также академики требовали учитывать многоконфессиональность страны, обвиняя РПЦ в “православном шовинизме”.

 

ПРЕДЫСТОРИЯ

 

Еще в 1993 году бывший тогда заместителем министра образования Александр Асмолов подписал письмо, легализирующее факультативное преподавание предмета “православная культура” в школах. В регионах потихоньку создавалась инфраструктура, готовившая преподавателей, сочинялись программы. Однако государство в лице Минобразования не соглашалось сделать предмет обязательным (что противоречило бы всем законам) и заняться изготовлением учебника. Законы же предусматривают следующее.

Согласно статье 14 Конституции Российской Федерации “никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной”. Соответственно российское законодательство допускает преподавание религиозных предметов в общеобразовательных школах строго вне рамок обязательной школьной программы.

Пункт 4 статьи 5 Федерального закона “О свободе совести и о религиозных объединениях” обусловливает такую возможность просьбами родителей, согласием детей, а также согласованием с органами местного самоуправления.

Закон России “Об образовании” в ст. 2.4 предусматривает “светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях”.

Инициативы Православной Церкви в преподавании курса мало что принесли и ко второй половине 1990-х годов стало очевидно, что резервы роста православной образовательной инфраструктуры кончились: воскресные школы доказали свою несостоятельность, а ограниченность возможностей гимназий была ясна и ранее. Ситуацию изменило принятие в сентябре 1997 г. новой редакции закона “О свободе совести и о религиозных объединениях”, в преамбуле которого была подчеркнута роль “традиционных религий”.

Программным документом, ставящим основные задачи РПЦ в сфере светского образования, стало письмо министру общего и среднего образования России В. Филиппову подписанное Патриархом и участниками Рождественских чтений президентом РАН академиком Ю. Осиповым, президентом Российской академии образования академиком Н.Д. Никандровым и ректором МГУ академиком В.А. Садовничим и датированное 21 января 1999 г. Нарисовав апокалипсическую картину “тотального кризиса, охватившего нашу страну”, авторы письма заявили, что: “Мы не можем вводить в государственной школе обязательный “Закон Божий”, как это было до революции, но религиозно-ориентированные дисциплины справедливо было бы включить в сетку обязательных предметов по принципу равноправной альтернативы, а не в качестве реально неосуществимого в широком масштабе факультатива. <…> Родители, желающие воспитывать своих детей атеистами, могут избрать, например, “основы нравственности”, вместо религиозно-нравственных уроков”.

Не прошло и года, как был подготовлен ключевой документ Церкви - инструктивное письмо Алексия II “Всем епархиальным преосвященным” № 5925 от 9 декабря 1999 г., в котором Патриарх сетует: “в последнее время в государственные образовательные учреждения активно стремятся проникнуть представители деструктивных сект, что не может не вызывать нашу озабоченность”. Но не тоталитарные секты беспокоили РПЦ. В тексте прямо говорится, что “мы не решим задачи духовно-нравственного воспитания будущих поколений России, если оставим без внимания систему государственного образования”, а поэтому следует “наладить контроль за преподаванием православного вероучения в государственных (муниципальных) образовательных учреждениях”. Понимая всю проблематичность выполнения этого пункта директивы, в последнем, седьмом, предстоятель Православной Церкви заявляет: “Если встретятся трудности с преподаванием основ православного вероучения назвать курс “Основы православной культуры”, это не вызовет возражений у педагогов и директоров светских учебных заведений, воспитанных на атеистической основе”. Настойчивость РПЦ вполне объяснима, но не совсем понятна: неужели даже высшие иерархи не осознают того, что введение ОПК в школы и вузы (т. е. первый шаг на пути к клерикализации образования), может привести и уже ведет к долговременным социальным последствиям не только в образовательной, но и в других сферах общества.

Из основного программного документа - Основы социальной концепции РПЦ, принятого Архиерейским Собором в 2000 году, вытекает принципиальная позиция РПЦ: “Россия – это православная страна с национальными и религиозными меньшинствами”. Этим тезисом определяется, таким образом, и претензия на идеологическое руководство. В “Основах” Церковь с православной точки зрения выражает желание, чтобы вся система образования была построена на религиозных началах и основана на христианских началах. Тем не менее, Церковь, следуя многовековой традиции, уважает светскую школу и готова строить свои взаимоотношения, с ней исходя из признания человеческой свободы. При этом Церковь считает недопустимой намеренное навязывание учащимся антирелигиозных и антихристианских идей, утверждение монополии материалистического взгляда на мир.

В начале 2002 г. под грифом “Рекомендовано Координационным советом по взаимодействию Министерства образования России и Московской Патриархии РПЦ” издательством “Покров” был опубликован учебник “Основы православной культуры”, написанный Аллой Бородиной (стартовый тираж - 10 000 экз.). Он стал первым подобным изданием, получившим широкое распространение. Его появление подхлестнуло крупномасштабную дискуссию об ОПК.

При всех утверждениях впоследствии сторонниками ОПК, что курс предусматривает передачу детям российского культурного наследия и нравственности, это не соответствовало действительности. Учебник для светской школы носил явно апологетический характер. Содержание его продемонстрировало глубокое погружение в вопросы богословия и полное отсутствие рассмотрения вопросов этики и эстетики.

Как оказалось, автор учебника разрабатывала с 1996 г. свой курс не в простой российской школе, а в школе с русским этнокультурным компонентом им. Ф.М. Достоевского. Это довольно специфическое учебное заведение, принадлежащее к сети “русских” (или “русских национальных”) школ. Эти когда-то обычные средние школы за счет более углубленного изучения гуманитарных предметов в 1990-е годы избрали образовательную стратегию “формирования русской нации”. Курс ОПК и явился частью образовательного процесса в подобных школах. А поскольку организаторы “русских школ” с политической точки зрения позиционируют себя как русских этнонационалистов, то они намерены учить детей не православию как таковому, а “русскому православию”. И патриотизм, который они хотят воспитывать в детях, - не российский, а русский. Именно местные “русские школы” послужили экспериментальными площадками по введению ОПК для регионов.

С целью введения ОПК как предмета в программы средних учебных заведений православные лоббисты смогли добиться подписания министром образования В. Филипповым 22 октября 2002 г. специального письма с изложением примерного методического плана предмета “Православная культура” и рассылки его региональным управлениям образования. Решение о подготовке письма было принято на заседании Координационного совета по взаимодействию Министерства образования и Московской Патриархии, проведенном в мае 2002 г. в патриаршей резиденции — Свято-Даниловом монастыре. Хотя письмо не являлось нормативным актом, оно фактически положило начало массированному введению ОПК в школах. Министр в этом деликатном деле проявил недальновидность, и вокруг письма разразился скандал, вследствие чего отношение федеральных органов к ОПК с начала 2003 г. по лето 2004 г. несколько раз очевидным образом менялось. В интервью радиостанции “Эхо Москвы” 29 января 2003 г. Филиппов фактически дезавуировал свое октябрьское письмо о примерном методическом плане ОПК, заявил о нелегитимности учебника Бородиной и сказал, что необходима подготовка нового учебника по этому предмету, включающего информацию обо всех “традиционных” конфессиях России. В течение весны-лета 2003 г. министерство пришло к решению о необходимости изменения названия курса на “Основы мировых религий” (ОМР).

В 2002-2003 гг. на Рождественских чтениях министр приглашал деятелей РПЦ активней входить в попечительские советы учебных заведений. В связи с этим некоторая часть общественности возмутилась и напомнила ему, что школа у нас, в общем-то, заведение светское. В январе 2004 г. Владимир Филиппов выступил на XII Международных рождественских образовательных чтениях в Москве с докладом “Обновление образования на основе российских традиций для создания современного развитого государства на благо будущих поколений”. И в своих инициативах сейчас он пошел дальше. Он предложил изучать истории жизни святых на школьных факультативах и продолжать работу “по доступности преподавания предмета “Основы православной культуры” в российской школе”.

Введение ОПК в 2002-2004 гг. встретило мощное сопротивление. В июне 2002 г. руководимое Львом Пономаревым движение “За права человека” обратилось в Генеральную прокуратуру в связи с грубым нарушением автором учебника Бородиной принципов светского государства и светского государственного образования в средней школе, а также оскорблением национальных и религиозных чувств и разжиганием религиозной и национальной вражды: “Понятно, что книга с названием “Основы православной культуры” должна отражать позицию Православной Церкви, но при этом совершенно необязательно всякую другую конфессию или религию называть сектой”. Правозащитники считали, что “нельзя рассказывать детям о вере с точки зрения только одной конфессии. Есть другой вариант - ввести в школе курс “Основы мировых религий”. Такой учебник должна написать группа известных культурологов и религиоведов, причем они не должны быть конфессионально ангажированы. Можно преподавать основы гуманизма. Ведь в конечном итоге все религии учат уважать человеческую личность и помогать людям, и подобный подход можно только приветствовать”. Печальная перспектива уживания физики, химии и биологии с “Основами православной культуры” актуализировалась в анекдоте:

“Российская школа, 2020 год. Урок физики в 10 классе.
Батюшка: - А скажи мне, отрок Василий, как течет электричество по проводам?
Вася (вскакивает): - С божьей помощью, батюшка!
Батюшка: - Садись, отрок, пять!”

На вопрос газеты НГР от 20.8.2003, не нарушаются ли права православных детей и их родителей, желающих больше узнать о своей вере, Пономарев ответил, что “у нас нет ни одного обращения родителей, которое бы свидетельствовало, что они не могут удовлетворить потребность в изучении основ православия. Мне кажется, с этим вполне справляются воскресные школы и православные гимназии. По крайней мере, еще никто не говорил, что эти учреждения переполнены и не справляются с огромным наплывом желающих. Основы православной и любой другой религиозной традиции могут преподаваться в воскресных школах. Светское образование должно быть свободно от конфессиональных предпочтений”.

С протестами выступили уже не только правозащитники, но и значительная группа интеллигенции, большая часть мусульманской общины. Объяснения вынуждены были давать и представители исполнительной власти - вплоть до руководителей Администрации президента России. Так, в “Газете” 15 ноября 2002 г. было опубликовано интервью замглавы аппарата правительства Алексея Волина “От этого документа веет средневековьем и мракобесием”. Вера в Бога в сегодняшней России, по убеждению чиновника, “сродни вере в коммунизм образца 1985 года. <…> Особо радует повышенная набожность бывших членов партии. Отношение детей к обязательному изучению в школе Закона Божьего будет примерно такое же, как к истории КПСС. И в результате вместо религиозных прихожан Минобразования и Церковь получат миллионы воинствующих атеистов”. Волин считает, что “религия - сугубо индивидуальное дело каждого человека. Если в семье считают, что ребенок должен знать про ангелов и духов, его отведут в воскресную школу при церкви. А если государство начинает считать возможным вмешиваться в личную жизнь граждан и указывать, во что им верить и что думать, - это первый признак тоталитаризма”.

Глава комитета по образованию и науке Госдумы России Александр Шишлов также посчитал курс “Православная культура” дисциплиной с ярко выраженным религиозным характером: “Я думаю, что произошло недоразумение, поскольку тот предмет, содержание которого было приложено к письму министра образования, нельзя назвать “православной культурой”. По сути дела, речь идет об обучении православной вере. Россия - многоконфессиональное и многонациональное государство. Выделение какой-то одной религиозной культуры в школьном образовании может иметь весьма далеко идущие последствия”.

Против введения ОПК высказались и те круги Православной Церкви, которые выступают за четкое отделение церкви от государства. Мотивы их конфронтации с Московским Патриархатом по этому вопросу достаточно убедительны. Казалось бы, - считают они, - самой РПЦ не станет хуже оттого, что православие приобретет широкое влияние в российском обществе. Но, как показывает недавний опыт деятельности КПСС, монополия на идеологию, даже если она носит сугубо духовный характер, разрушающе влияет на саму организацию. Именно поэтому церковные “модернисты” предпочитают придерживаться старой библейской истины: “Богу божье, а кесарю кесарево”.

Наконец, 9 февраля 2004 г. президент Путин призвал к общественной дискуссии по поводу перспектив введения этого предмета. Прошли встречи президента, а затем и нового министра образования и науки А. Фурсенко с Патриархом. Главной темой беседы Алексия II и министра стал вопрос о преподавании в светской школе предметов, посвященных вопросам религии. Патриарх напомнил, что “в ряде регионов России уже введено преподавание основ православной культуры” и что “это не религиозный, а культурологический предмет”, а “каждый человек должен знать историю своей культуры”. В свою очередь, Андрей Фурсенко заверил Алексия II, что возглавляемое им министерство намерено продолжить внедрение предметов по религии в программу средней школы. “Абсолютно ясно, что религия - это огромная составляющая, гуманитарная основа любой цивилизации, и преподавание истории России, в том числе и в этом аспекте, точно должно присутствовать в системе образования”. По итогам встречи стороны делали заявления в поддержку ОПК/ОМР. Чтобы не возникало разночтений, министр Фурсенко впоследствии не раз подчеркивал, что речь идет о светском курсе истории религии, который должен быть обязательным для всех школьников.

Эксперт в области содержания образования, руководитель инновационной образовательной сети “Эврика” Александр Адамский в ноябре 2006 г. заверил, что “никакого образовательного эффекта введение обязательного изучения “Основ православной культуры” не даст. Возможно обратное действие: отвращение многих учеников, которых будут заставлять учить материал, от самой религии”. Свое видение он обосновывает следующим образом:

Однако Патриарх продолжает настаивать, что учебник “История религий”, в отличие от курса ОПК, не даст нравственного стержня человеку. Сейчас, когда попраны нравственные основы жизни, человеку нужно дать ориентиры, дать возможность изучать основы своей культуры. А “Основы православной культуры” – это “культурологический предмет” и каждый образованный человек должен знать историю культуры своей страны.

Небезызвестный автор учебников по “Основам православной культуры” Алла Бородина недавно обратилась с открытым письмом к президенту Путину. Она пишет, что “враги Церкви” мешают внедрению в школы ОПК.

Первый день нового 2006-2007 учебного года ознаменовался скандалом. Представители не титульных религиозных объединений России выступили против преподавания в школах обязательного курса ОПК и призвали население сообщать им о “фактах насильственного обучения православию”, потребовав от государства ввести в школах предметы, обучающие основам других религий. Почин введения “Основ православной культуры” принадлежал Белгородской области. Начальник белгородского департамента образования заверил, что курс не “клерикальный, а культурологический”, и, следовательно, не нарушает конституционального принципа отделения государства от церкви. А губернатор области Евгений Савченко подтвердил это начинание 1 ноября в Экспоцентре на Красной Пресне на общественных слушаниях в рамках выставки-форума “Православная Русь — к Дню народного единства” сказав, что с 1 сентября во всех образовательных учреждениях области со второго по одиннадцатый классы введен в качестве регионального компонента обязательный предмет — “Основы православной культуры”, которым охвачены более 140 тысяч учащихся. По мнению губернатора, этот предмет поможет поднять уровень культуры молодых людей и расширить их кругозор.

Эти действия вызвали недовольство конфессиональных центров в Москве. Так, Совет муфтиев России потребовал для равновесия ввести в школах курс “Основы ислама”. “Совет муфтиев настаивал на ограждении школ от религиозного противоборства,– поясняет руководство мусульманской общины.– Однако, раз вопреки здравому смыслу, который бы соблюдал принцип равноправия религиозных конфессий, основы православия вводятся в обязательную программу, мы в качестве вынужденной меры должны поднять вопрос об обязательном преподавании основ ислама”.

Конгресс еврейских религиозных организаций и объединений в распространенном официальном заявлении призвал евреев России “сообщать о фактах принудительного посещения предмета, назначения экзаменов и зачетов в Шаббат, поскольку посещение уроков “Основы православной культуры” по закону о свободе совести может носить исключительно добровольный характер”. “Думаю, вводить только основы православной культуры, - ошибка. Это опасно. Это может привести к разногласиям, чья религия лучше, к разделению, раздорам и насилию в школах”, - сказал Главный раввин России Берл Лазар 29 сентября в рамках Мирового общественного форума “Диалог цивилизаций” на греческом острове Родос.

Министр образования и науки России, как выясняется, по закону не в состоянии приказом по министерству изменить название этого предмета в регионах – это могут сделать лишь региональные Законодательные собрания. Однако он высказался вновь конкретно: “Я вижу опасность этого подхода. И мы на нее указываем, в том числе руководителям регионального образования”. Министерство – за предмет “Истории основных религий”, причем не в качестве факультатива, а в виде обязательного предмета в федеральном компоненте. Впрочем, еще в январе, на XIV Рождественских образовательных чтениях – министру уже досталось за эту точку зрения от священнослужителей. “Ты в России живешь или где? – раздавались реплики из зала. – Не нужны нам твои мировые религии!”

Тогда, видя обострение ситуации с преподаванием ОПК, министр обратился к членам Общественной палаты с просьбой рассмотреть это не легитимное с точки зрения российского законодательства решение. 27 ноября Комиссии Общественной палаты по вопросам толерантности и свободы совести, интеллектуального потенциала нации и сохранения культурного и духовного наследия рассмотрели предложения и вынесли вердикт. Министерство образования и науки получило от палаты следующие рекомендации.

Предмет “Основы православной культуры” должен быть исключен из школьной программы и заменен на универсальный курс религиоведения. Взамен палата предложила включить в общеобразовательные предметы “основные религиозные представления” о происхождении человека и смысле его жизни. Приняв этот компромиссный документ, палата помогла Минобразованию не поссориться с РПЦ и сама избежала конфликта с ней.

Министр образования Фурсенко поддержал введение культурологического курса истории религий, но дал понять, что включение в учебники по естественным наукам “религиозных мировоззренческих представлений” – вопрос дискуссионный: “Я не против вариативности в учебниках, но под вариативностью следует понимать разные научные подходы. Школа должна давать людям информацию, а мировоззрение пусть они выбирают сами”.

Интернет-конференцию 5 марта 2007 г. провел Первый заместитель Председателя Правительства России Дмитрий Медведев. Речь пошла о преподавании в школах в обязательном порядке курса ОПК и вообще о ползучем проникновении в школу священников. Куратор так называемых “национальных проектов” высказал свое мнение так: “Очевидно, что ничего принудительного в этой сфере в светском государстве быть не может. В то же время школа должна откликаться на те предложения, которые исходят от родителей учеников, от самих учеников, по преподаванию основ той или иной религии или основ мировых религий. На мой взгляд, для того чтобы не нарушать равновесия, которое все-таки, сегодня, слава Богу, сформировалось в этом вопросе, мне кажется, что достаточно важным является соблюдение принципа добровольности в этом вопросе, с тем чтобы соответствующие предметы преподавались на добровольной и факультативной основе. Насколько я знаю, большинство традиционных религий исходит из этого же постулата”.

В сентябре 2007 г. в некоторых школах страны появится новый предмет – “История мировых религий”. Преподавать его будут по учебному пособию “Религии мира: история, культура, вероучение” под редакцией директора Института всеобщей истории РАН академика Александра Чубарьяна и академика Григория Бонгард-Левина. В отличие от курса А. Бородиной “ОПК”, в котором правозащитники находили семена ксенофобии, новый учебник обязан помочь старшеклассникам лучше понять людей другой веры и национальности. А. Чубарьян сказал, что ““Религии мира” - это не Закон Божий. Новый предмет не должен вводиться повсеместно в обязательном порядке. Его стоит хотя бы в течение года отработать в виде факультатива. А затем преподавать его, как предполагается, будут не просто учителя-историки, а педагоги, которые пройдут специальные курсы переподготовки и повышения квалификации.

Вместе с этим, в Воронежской области с 1 сентября, согласно трёхстороннему соглашению между областным управление образования, институтом усовершенствования учителей и епархией РПЦ МП, в общеобразовательных школах должно начаться изучение ОПК как предмета в сетке учебного расписания. Начальник управления образования региона Яков Львович объявил, что появление ОПК в сетке учебного расписания является гарантией со стороны образовательного ведомства от ухода в религиозные аспекты. По его словам, существование такого предмета на уровне “школьного компонента” не давало раньше возможность управлению образования надлежащим образом контролировать процесс преподавания и тем самым выдерживать культурологическую направленность изучения. Однако, отвечая на вопрос “Как Вы считаете, надо или не надо преподавать основы Православия в школе? Или поступить как-то иначе?”, большинство жителей Воронежа ответили “надо преподавать факультативно (только для желающих)”.

В апреле 2007 г. Уполномоченный по правам человека в России В. Лукин в своем отчетном докладе за прошедший год большое внимание уделил проблеме обязательного преподавания в государственных (муниципальных) общеобразовательных школах предметов религиозной направленности. О внедрении в школьные программы этих предметов с тревогой сообщали заявители из Белгородской, Калужской, Ивановской, Мурманской, Пензенской, Псковской, Томской, Челябинской областей. Особую обеспокоенность вызвала ситуация, сложившаяся в Белгородской области, где в качестве обязательной дисциплины был введен курс “Православная культура”. После обращений Лукина в Минобразования и науки России и Федеральную службу по надзору в сфере образования и науки с просьбой проверить действия Белгородского управления образования и дать оценку содержанию и направленности учебников и пособий по курсу “Православная культура” выяснилось, что “ни то, ни другое ведомство данных пособий не имели, не читали и не хотели даже вникать в их содержание”. “Анализ учебника показал, что он имеет ярко выраженную религиозную, а отнюдь не религиоведческую или культурологическую направленность. Общее содержание разделов, написанных на такой основе, - подчеркивает В. Лукин, - чревато обострением неприязни между приверженцами различных религий и, как представляется, может в перспективе спровоцировать рост меж конфессиональной напряженности”. Этот факт побудил Уполномоченного обратиться к Председателю Правительства с предложением о проведении серьезного, беспристрастного и профессионального анализа сложившейся ситуации на предмет ее соответствия Конституции и законодательству нашей страны.

 

ПИСЬМО АКАДЕМИКОВ

 

Пожалуй, никогда еще в новейшей истории Русская Православная Церковь не становилась объектом такого шквала резких упреков, как в 2007 г. Сначала в Общественной палате прозвучал призыв к “защите светскости государства, ибо у нас распространяется ползучий клерикализм”. Затем академики рассказали Владимиру Путину о натиске “православного шовинизма”.

Итак, 23 июля российские СМИ сообщили, что десять академиков РАН, среди которых нобелевские лауреаты Виталий Гинзбург и Жорес Алферов, обратились с открытым письмом к президенту Российской Федерации Владимиру Путину, призвав остановить “клерикализацию страны”. В своем письме академики выразили беспокойство в связи с “активным проникновением церкви во все сферы общественной жизни” и, в частности, в науку.

Еще в февральском номере газеты “Вести образования” ученый-физик В. Гинзбург, комментируя усилия Церкви, направленные на введение в школах предмета “Основы православной культуры”, заявил следующее: “Преподавание религии, закона божьего, чего-то такого в школах абсолютно недопустимо. Другое дело, если в школе будет история религии. У нас светское государство, и в школе нельзя иметь что-то религиозное. Православными церковь считает всех крещенных. А это абсолютно неверно. Ведь детей зачастую крестят без их согласия, в младенческом возрасте. Как ребенок может выбирать религию? Я сам атеист, мой отец был верующий, когда мне было десять лет, я тоже сказал, что я верующий. Я же не понимал ничего. А, преподавая религию в школах, эти, мягко говоря, сволочи церковные хотят заманить души детей. Представьте, детям вбивают с малых лет в голову, что бог создал человека, а потом у них будет урок биологии, на котором они узнают, что есть эволюция. Это абсурд”.

Озабоченность ученого, в общем-то, вполне оправдана.

Осенью 2006 г. “Основы православной культуры” начали преподавать в Военно-воздушной академии имени Ю.А. Гагарина. По сообщениям Интерфакса, предмет ведет доцент академии, полковник запаса Валентин Петров, друживший с первым космонавтом. Он рассказывает молодым офицерам о крещении Руси, подвигах Александра Невского и святого флотоводца Феодора Ушакова. По утверждению полковника, Ю. Гагарин был верующим человеком и не мог произнести известных слов о том, что “летал в космос, а Бога не видел”.

Глава союза “Христианское возрождение” Владимир Осипов в ходе выступления на одной из секций XI Всемирного русского народного собора сказал, что как минимум 36 российских регионов ввели в общеобразовательных школах предметы духовно-нравственной направленности. Лидерами в группе ведущих 15 субъектов Федерации являются Курская и Белгородская области. В Воронежской области ОПК преподаются в 210 школах, в Кемеровской - в 190 (20% школ), в Калининградской - в 140 учебных заведениях (52% школ), на Ставрополье - в 90. В Краснодарском крае число учеников, изучающих ОПК, за год выросло вдвое и достигло цифры в 10 тыс. человек. С нового 2007-2008 учебного года предмет станет обязательным во всех школах “казачьей направленности”.

5 июля 2007 г. прошло заседание совета по социально-духовному образованию школьников и студентов Иркутской области. Выступая на этом мероприятии, ректор Иркутского государственного университета Александр Смирнов сообщил, что в ближайшее время в этом прославленном российском вузе будет открыт факультет теологии.

Так, на завершившихся в феврале XV Рождественских чтениях всем желающим предлагалось приобрести, например, экспериментальное учебное пособие “Православная культура” для начальных классов (под ред. Л. Шевченко). В приветственном слове читаем: “Дорогие дети! В этом году мы поднимаемся с вами на вершину православной культуры. Она поведает нам о великой тайне Пресвятой Троицы и ослепительном сиянии Царствия Небесного Света, в котором человек преображался и возвращался к Богу. В добрый путь!” Очевидно, что слова и выражения, обращенные к восьмилетнему ребенку, заимствованы из догматического лексикона (“Пресвятая Троица”, “преображался”). Для лучшего усвоения и запоминания они выделены красным цветом. Даже формулы в духе “Разработано в соответствии с рекомендациями Министерства образования” не спасают книгу: по содержанию это скорее катехизис, нежели пособие по светской дисциплине…

И все же к решительным действиям академиков подтолкнул итоговый документ, принятый в марте 2007 г. XI Всемирным русским собором. Приведем этот текст полностью:

“Резолюция XI Всемирного Русского Народного Собора “О развитии отечественной системы религиозного образования и науки”

Обратиться в Правительство Российской Федерации

“В резолюции даже сама формулировка решения Собора о развитии религиозного образования и науки в каком-то смысле провокационна. Потому что никакой “религиозной науки” не бывает, так же как и “научной религии”. Это принципиально разные, несовместимые вещи”, - говорит председатель Российского гуманистического общества Валерий Кувакин.

В конце мая вновь разгорелись страсти вокруг преподавания в школе ОПК. Представитель правительства России при Высших судах и член Общественной палаты Михаил Барщевский заявил, что само название предмета “создает напряженность в нашем многоконфессиональном обществе”. “Я уже не говорю о правовой стороне дела: положении Конституции о светском характере нашего государства, об отделении Церкви от школы”, – подчеркнул Барщевский. По его мнению, преподавать основы какой-либо религии следует за пределами светских образовательных учреждений, которым не хватает курса “Истории религии” с качественной программой, учебниками и квалифицированными преподавателями.

В том виде и объеме, в котором ОПК преподаются в некоторых регионах России, это и есть упрощенный вариант Закона Божьего, – заявил юрист Барщевский. – На самом деле преподается православие, что недопустимо в рамках государственного образования. Светскость образования как раз означает отделение школы от Церкви. Государство, по Конституции, отделено от Церкви, а образование у нас государственное, достаточно сложить эти два положения вместе.

20 июля председатель комиссии Общественной палаты по вопросам регионального развития и местного самоуправления Вячеслав Глазычев в ходе обсуждения ежегодного доклада “О состоянии гражданского общества в России” призвал “обратить внимание на защиту светскости государства, ибо у нас сейчас распространяется ползучий клерикализм”. “Я с уважением отношусь к церкви, но у нас она отделена от государства, – пояснил он в интервью газете “Коммерсантъ”. – Бурное вмешательство церкви во все государственные дела, вместо того чтобы заниматься приходскими делами, чрезмерно. Примером такого вмешательства он считает “напористое введение Слова Божия в школах”: “Если бы речь шла о воскресных школах, все было бы нормально, но речь идет об общеобразовательных. Введение обязательного предмета в школе – прямое покусительство на государство, причем общественность молчит, а те, кто пытается сопротивляться, подвергаются остракизму”.

И вот через два дня после этого заявления академики приводят президенту свои весомые аргументы: “На каком основании теологию - совокупность религиозных догм - следует причислять к научным дисциплинам? Любая наука оперирует фактами, логикой, доказательствами, но отнюдь не верой. <…> Верить или не верить в Бога – дело совести и убеждений отдельного человека. Мы уважаем чувства верующих и не ставим своей целью борьбу с религией. Но мы не можем оставаться равнодушными, когда предпринимаются попытки подвергнуть сомнению научное Знание, вытравить из образования “материалистическое видение мира”, подменить знания, накопленные наукой, верой. Не следует забывать, что провозглашенный государством курс на инновационное развитие может быть осуществлен лишь в том случае, если школы и вузы вооружат молодых людей знаниями, добытыми современной наукой. Никакой альтернативы этим знаниям не существует”.

В качестве примера тлетворного влияния церкви на “неокрепшие умы”, учёные вспоминают недавнюю историю с петербургской школьницей Марией Шрайбер, которая с подачи родителей обратилась в суд с требованием включить в программу средней школы по биологии теорию сотворения человека божественной силой (креационизм), вместо дарвиновского подхода. “Абсурдная сложилась ситуация: почему-то суд должен решать, верна ли теория эволюции, которая утверждает, что жизнь на Земле зародилась свыше трех миллиардов лет назад, или же справедлива теория творения, которая в отличие от эволюционной теории не может представить ни одного факта и, тем не менее, утверждает, что жизнь на Земле существует несколько тысяч лет. Казалось бы, это вопрос, относящийся только к компетенции науки. Однако Маша и ее папа получили поддержку от патриарха Алексия II, который на Рождественских образовательных чтениях заявил: “Никакого вреда не будет школьнику, если он будет знать библейское учение о происхождении мира. А если кто хочет считать, что он произошел от обезьяны, — пусть он так и считает, но не навязывает это другим”. А что если в школе изъять любые доказательства, забыть про элементарную логику, полностью выхолостить последние остатки критического мышления и перейти на зазубривание догматов, тоже никакого вреда не будет?.. Да и не только с дарвинизмом у церкви проблемы”.

На своем сайте Маша, проживающая в последнее время периодически в Доминиканской Республике и занимающаяся там строительством Города Солнца, подробно отвечает на вопрос “для чего вообще данный судебный процесс затеян”. Вот, что она говорит в начале: “эволюционная “наука”, как во времена Дарвина, так и в наши дни, не располагает НИКАКИМИ доказательствами данной “теории”. Представленные в качестве доказательств “переходных моделей от обезьяны к человеку Пилдтаунский человек, Яванский Питекантроп, Человек из Небраски, и пр., и пр., являются грубыми и наивными подделками и фальсификациями. Также являются бездоказательным, и беспочвенным утверждение о самозарождении живой клетки в “первичном бульоне”.

15-летняя Маша и ее родители, по сути дела, явились жертвой “плюрализма интерпретаций”, по убеждению Церкви, необходимого как средство защиты свободы совести. Ведь Церковь в лице протоиерея В. Чаплина неоднократно внушала, что преподавание дарвинской теории и вообще эволюционной теории оскорбляет религиозные чувства православных детей, и им нужно преподавать креационизм.

А между тем, эволюционная теория – это не атеистическая догма, как библейский миф сотворения мира, а модель в рамках естественнонаучной парадигмы познания.

Знаете, искренне жалко девочку.

В самом деле, как, на какой научной базе будет светская школа заниматься “духовно-нравственным образованием”, или преподаванием “культурологического” курса ОПК? Служители культа заявляют, что бывшим атеистам и религиозно безграмотным преподавателям в классах и студенческих аудиториях с Библией в руках делать нечего. С ними нельзя не согласиться. Но застраховано ли наше образование от сползания в дремучее средневековье в случае прихода туда самих священников?

Спорные “факты” библейских сюжетов в вопросах учащихся о сотворении мира, человека, непорочном зачатии и т. п. особенно после уроков природоведения Церковь и учителя ОПК вынуждены объяснять чаще так: их не следует понимать буквально, но иносказательно. Всего несколько веков тому назад такого “комментатора” Святого Писания безжалостно сожгли бы на костре под молебны. Но вот нонсенс, не нуждающийся в комментариях. Мы читаем в “исследованиях” церковных “ученых” следующие пассажи. Иеромонах Серафим Роуз (американец, принявший православие) пишет: “Если вы исследуете этот вопрос объективно, отделяя подлинные доказательства от предположений, то я думаю, вы увидите, что нет фактических данных, которые заставили бы нас считать, что земле более 7500 лет”. Священник Тимофей Сельский (“Православная Русь”, Джорданвиль, США, 1996): “Не остается сомнений, что в соответствии с исконным святоотеческим толкованием, рай чувственный был на земле”. Он же продолжает о Ноевом ковчеге и потопе: “Вся нынешняя жизнь пошла от одного человека, который будучи сверхъестественным образом предупрежден о грозящей катастрофе, соорудил специальное судно и пережил на нем потоп вместе со своей семьей и животными, взятыми на борт. <...> На борт этой гигантской плавучей зверофермы необходимо было взять около 35.000 особей животных, которые заполняли судно лишь на четверть, оставляя достаточно места для 8 человек экипажа, запасов продовольствия и корма. <...> Животные же, скорее всего, были взяты еще не достигшими зрелого возраста, ведь им предстояло дать многочисленное потомство”. Другой теолог, будучи, вероятно, в здравом рассудке предполагает, что Ною для возрождения жизни на земле после потопа понадобилось бы разместить в ковчеге 3700 млекопитающих, 8600 птиц и 6300 рептилий.

Публикация письма и заявление Глазычева вызвали новую волну полемики по вопросу об отношениях между религией, с одной стороны, и наукой и образованием – с другой. Покатила новая волна противостояния “клерикалов” и “антиклерикалов”.

Реакция РПЦ последовала, разумеется, незамедлительно. Замглавы Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерей Всеволод Чаплин назвал высказывания Глазычева “рудиментами идеологии политических пенсионеров”, а в ответ на письмо членов РАН президенту призвал “развенчать химеру так называемого научного мировоззрения. На твердые факты могут опираться лишь естественные науки в некоторых своих аспектах, а также в известной степени история. В то же самое время наука не может со стопроцентной фактологической убедительностью объяснить происхождение мира. Она теряется в догадках относительно важнейших элементов устройства Вселенной”.

Глава пресс-службы Московской патриархии Владимир Вигилянский, в отличие от своего коллеги, с меньшей категоричностью и большей взвешенностью сказал, что письмо академиков – “это жалоба к начальству, чтобы приняли меры. До революции это называли “апелляция к городовому”. Священник предположил, что “письмо академиков” “может быть политическим заказом определенного министерства - не допустить, чтобы люди и наше общество узнали бы собственную культуру”.

“Попытка назвать “Письмо” политическим заказом - это попытка, как говорится, навести тень на ясный день, это заведомо и очевидно неадекватный ответ, чтобы людей просто увести в сторону от сути дела. Речь здесь идет просто о соблюдении основного закона нашей страны”, - парирует на это упомянутый выше председатель РГО Кувакин. А академик Гинзбург есть “живое доказательство того, что не все ученые религиозны (как пытаются доказать деятели церкви) и что атеист может быть добропорядочным человеком. Это нарушает идею православия о том, что если человек православный, то он обязательно добродетельный. Это разрушает монополию РПЦ на нравственность”.

Союз православных граждан призвал президента не продлевать членство Глазычева в Общественной палате, поскольку его позиция “наносит огромный вред национальным интересам страны”.

Нелицеприятное высказывание в февральском интервью, касающееся “сволочей церковных”, лауреату Нобелевской премии не простили. Православное общественное движение “Народный собор” обратилось в прокуратуру Москвы с просьбой привлечь физика В. Гинзбурга к уголовной ответственности за возбуждение религиозной вражды.

Надо заметить, что определение “православное движение” уже само по себе должно бы вызвать магическое воздействие. Действительно, у кого-то появляется желание сразу же припасть на колени. К слову сказать, еще в ХIX веке возник лозунг “Быть русским - значит быть православным”.

Заслуженный учитель России, доктор педагогических наук, член-корреспондент Российской академии Евгений Ямбург, выступающий против преподавания любой религии в светских школах, полагает, что “это очень примитивная посылка, которая не подтверждается реальными фактами. В России всегда большую роль играли христиане других конфессий, мусульмане и представители других религий. Как быть с доктором Гаазом или “русскими немцами”, которые оказали огромное положительное влияние на русскую культуру? Не нужно врать детям, замалчивая очевидные вещи. После революции 1917 года храмы разрушали не одни только большевики, но и народ. Конечно, среди православных были такие исповедники, как митрополит Филипп, которые не боялись возражать Ивану Грозному и другим правителям, но разве все иерархи таковы? Нужно честно признать, что в истории православия на Руси, как и в истории других религий, были и славные, и трагические страницы. А потому о преимуществе какого-либо вероисповедания в рамках светской школы речи быть не может. <…> Человек, говорящий с детьми о религии, должен отличать лекцию от проповеди и школу от церкви, в нем должна сочетаться живая вера и адекватность. Этими качествами обладал, например, убиенный отец Александр Мень, а где гарантия того, что человек, пришедший в школу преподавать “Основы православной культуры”, не придерживается черносотенных или фундаменталистских взглядов? Таких гарантий нет, и нельзя просто пригласить в школу батюшку из соседнего храма, потому что проповедь - это одно, а работа с детьми - другое”.

Так вот, к примеру, “Народный собор” - это некая околоправославная структура, которая, по мнению политологов, пытается лишить человека права на собственное мнение. Движению чуть больше года. Его координатор 42-летний Олег Кассин родился в Кирове, получил высшее юридическое образование. Бывший милиционер, в прошлом - заместитель лидера РНЕ Баркашова. Ну, а Баркашов, как известно, – это российский фашист, чернорубашечник со свастикой на рукаве. Эти данные своей биографии Кассин не афиширует. Он заявляет, что “Народный собор” включает в себя 200 организаций. Однако съезды и собрания организации не собирали и сотни человек. По информации Московского патриархата, к церкви или какому-то храму данная организация отношения не имеет. При храмах таких организаций нет вообще. По данным пресс-службы ОВЦС Московского патриархата, это “правозащитная организация, позиционирующая себя как православная, хотя в ее состав могут входить люди различных духовных предпочтений”. Она не окормляется и не направляется ни епископами, ни священниками РПЦ.

30 июля портал “Интерфакс-религия” сообщил, что позицию ученых подвергли критике авторы другого открытого письма – не названные по имени “представители науки, образования, культуры, предпринимательства, армии и казачества”. “Выдвигаемые в письме требования, по сути, представляют собой попытку вновь, как и во времена воинствующего безбожного большевизма, сделать атеизм государственной идеологией, навязываемой с помощью командно-запретительных мер, унижающей чувства большинства верующих людей и нарушающей их конституционные права”, – говорится в этом документе.

Тем не менее, академики не остались в одиночестве, и в их поддержку выступила коалиция “Другая Россия”: “Россия как многоконфессиональное государство должна уважать и ставить равные условия для всех религий и их приверженцев. Обратная ситуация может привести к возрастанию религиозного протеста, особенно в регионах Северного Кавказа. Кроме того, это чревато разломом государства - именно по религиозному принципу”, – говорится в заявлении коалиции.

Уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин призвал стороны не “обмениваться яркими эпитетами”, а начать диалог по существу: “Такого рода вопросы: что важнее - Бог или естественные природные законы, не решаются ни одним судом. Поэтому, если в обществе возникают подобные проблемы, их надо обсуждать содержательно, по существу - они не решаются кавалерийскими наскоками. Здесь нужен диалог”.

Следует признать, что диалог стороны пытаются вести уже давно, однако, результат пока нулевой.

Как бы то ни было, но очередь дошла, наконец-то, до выражения “общественного мнения” на улице. 31 июля в Москве прошли публичные акции. У здания Общественной палаты собрались активные борцы с атеизмом: православные демонстранты держали плакаты “Сегодня научный подход, завтра за веру в поход!”, “Борьба науки и веры миф! Даешь православный факультатив!”. Около 30 человек, почему-то в масках, бурно свидетельствовали свое негодование по поводу атеизма, проникшего в российскую науку.

Почти одновременно на свой пикет у здания РАН собрались сторонники научного мировоззрения, скандировавшие: “Россия светское государство!”, “Религия вон из школы!”. 50 человек развернули флаги своих движений и плакаты. Однако через некоторое время на площади перед РАН появились православные, которые начали обвинять радикалов в богохульстве. Еще немного и началась бы, пожалуй, потасовка, как тут на площади произошло чудесное “явление народу”. Какая-то женщина в капюшоне в крайней степени экзальтации постоянно выкрикивала: “Виктор Цой – ангел небесный, а все остальные наркоманы”. Это на время ослабило напряжение, но не разрешило конфликта. Наконец, появившиеся два священника пытались объяснить противникам введения основ православия в школе ошибочность их позиции, и диалога опять не получилось.

1 августа с заявлением “В поддержку письма академиков РАН” выступила группа общественных деятелей и правозащитников, в том числе Сергей Ковалев, Лев Пономарев, Евгений Ихлов, Виктор Шендерович, Юрий Самодуров и др. По мнению авторов документа, “письмо академиков” “никоим образом не навязывает ни атеизма, ни чего-либо другого. Оно не направлено против веры как таковой. Это очевидно каждому, способному объективно анализировать текст. Ученые выступили в защиту основ России как светского государства, обратили внимание общества на серьезную опасность атакующего Конституцию клерикализма.

Крики возмущенных обскурантов и разогретой массовки несовместимы с цивилизованным христианством”.

“...Принудительное навязывание изучения религиозных догматов и текстов никогда не несут в общество нравственность, - отмечается в заявлении. - Именно культура стала источником моральных ценностей современного мира. А церковные организации, религиозная философия - неотъемлемые части культуры, социальной и интеллектуальной жизни - не меньше, но и не больше”. С другой стороны, “преподавание в государственных и муниципальных учебных заведениях, которое по закону носит исключительно светский характер, и построено на научной картине мира, не является “насаждением атеистической идеологии”. Это ведь проблема самих богословов, что они не могут “совместиться с современной наукой. Опыт и западных, и восточных цивилизаций показывает, что и естественнонаучные, и гуманитарные дисциплины вполне могут сосуществовать и с религией, и с приверженностью традиционным ценностям”.

В документе выражается озабоченность тем, что РПЦ, пользуясь поддержкой властей, стремится “выйти за пределы конфессиональной жизни”: “Мы видим, как под видом религиозного возрождения, в нашей стране, по сути, формируется новая национально-религиозная идеология, пронизанная отрицанием демократии, ксенофобией и культом власти. Даже официальное, “центристское” направление в РПЦ категорически выступает против универсальности прав человека, против плюрализма и принципов современного гуманизма.

Эти идеи постоянно используются властями для обоснования сворачивания демократии, оправдания милитаризации. А радикальная церковная и околоцерковная оппозиция вообще нередко стоит на позициях, которые очень сдержанно можно охарактеризовать, как полуфашистские.

Те учебные пособия, которые формально относят к православной культурологии, особенно опусы Аллы Бородиной, содержат уничижительные высказывания в адрес религиозных и национальных меньшинств, часто даже на грани ксенофобии. Учащиеся обречены давать ответы на вопросы, носящие исключительно вероисповедный характер, что прямо нарушает Конституцию России и законодательство”.

По мнению авторов заявления, теология “не может считаться научной дисциплиной” и “не является интегральной частью российской университетской традиции”. Более того: “В современных условиях теология в России сразу превратится в официально признанное насаждение православно-националистической идеологии. Какой стандарт “научности” при этом будет устанавливаться, очень выразительно показал кризис на кафедре социологии МГУ. РПЦ имеет собственные вузы, предназначенные для подготовки грамотных священнослужителей - зачем же еще претендовать на светские государственные учебные заведения?”

“Сегодня Россию пытаются превратить в плацдарм для атаки на ценности просвещения и гуманизма, которые развиваются уже четверть тысячелетия, - утверждается в заявлении. - Речь не идет о противостоянии религии и атеизма, речь идет о защите конституционных прав и свобод - и для верующих, и для неверующих. Только при условии полного отделения от государства церковь сможет действительно способствовать тем целям, о которых она заявляет - улучшению морального климата в стране, хотя бы среди своих прихожан”.

Московское бюро по правам человека тоже выступило со своим заявлением: “Сколько бы ни уверяли апологеты введения в школьное образование курса ОПК, что это культурологический предмет, любой непредвзятый человек, знакомый с нашими реалиями, знает, что ОПК - это Закон Божий. <…> Ссылки на то, что Россия - православная страна, ошибочны: репрезентативные исследования показывают, что в стране всего  3-4% практикующих православных христиан. Остальные чуть ли не 80% населения,  идентифицирующих себя с православием, в действительности православными верующими не являются, ибо Евангелие не читают, разделяют суеверия и чаще всего смешивают православие с язычеством. К тому же значительная часть людей, знакомых с Евангелием и принимающих участие в церковной жизни, заражена, к сожалению, ксенофобией  и воспринимает православие в качестве национально-религиозной идеологии. Но христианство не является идеологией и не может быть к ней сведено. Вызывает в этой связи недоумение и освящение Церковью ракет и других видов оружия массового уничтожения. Быть может, это укрепляет державную идеологию, но зато подрывает доверие к Церкви”. Помимо прочего, пишут правозащитники, принадлежность к РПЦ отнюдь не является автоматическим одобрением верующими любых инициатив ее иерархов. “Практика показывает, что можно быть верующим и одновременно придерживаться антиклерикальных взглядов”. 

Как ни странно, но не все духовенство проявило корпоративную солидарность в вопросе введения ОПК. Отец Порфирий из храма Живоначальной Троицы в Москве считает, что следует, “учитывая многоконфессиональный характер России, вводить преподавание Основ традиционных религий. Государство обязано за свои деньги с помощью представителей традиционных религий подготовить спецкурс. Необходимо в рамках этого спецкурса преподавать основы этики, основы православной, иудаистской и исламской культур. С буддистами дело обстоит несколько сложнее”. Также и митрополит Астанайский и Алматинский Мефодий выступил с критикой насильственного введения предмета “Основы православной культуры”, которое, по его мнению, практикуется в российских школах. “Потому что никакое насилие, – добавил он, – и в том числе в такой тонкой материи, как религия и духовность, никогда не приведет к положительным результатам. Это должен быть взвешенный, согласованный акт. Это должно быть всесторонне обсуждено”.

Наконец, не смог умолчать и “реформатор” православия, как он себя называет всуе, – Андрей Кураев, который решил выразиться покрепче: “Знают ли нынешние педагоги, призванные на преподавание основ православной культуры, имена классиков своей науки? Держали ли они в руках эти книги? Помнят ли они цвета их обложек? Хуже того - знают ли эти книги те священники, что на епархиальных курсах переподготовки натаскивали этих мобилизованных “культурологов”? Боюсь, что для большинства новых “культурологов” история их предмета начинается с трехлетней давности учебника Аллы Бородиной - учебника цвета зеленой скуки. И то, что упомянутые классические труды не всплывают даже в методических указаниях для учителей Основ православной культуры, означает понятную вещь: авторы этих учебников и методичек писали совсем не то, о чем объявили. Объявили – “культурологию”, изготовили – “Закон Божий”. И то ведь, правда - ну как можно излагать культурологию в начальной и средней школе! Замахнулись на слишком многое - а в итоге потеряли метод и подменили предмет. А, скорее всего, с самого начала рассчитывали, что их нечестность проглотят”. Ну, и, пожалуй, такой “ударный” фрагмент: “Без осознания своей собственной “факультативности” Церковь ждет печальная роль старой брошенной любовницы, вечно комплексующей и скандалящей из-за осознания своей не влиятельности. Это очень трудно: христианство, как и любая сотериологическая религия, убеждено в том, что оно исключительно и сверхнужно людям: оно несет им “спасение”. Но многие люди как раз и не видят той угрозы, от которой их якобы спасает Церковь”.

Священство и защитники введения ОПК в своей аргументации ссылаются как правило на разлагающие мораль “Дом-2”, гей-парады и бордели, на антикультуру… Между тем, думается, десятки миллионов россиян не смотрят телевизионный проект Ксении Собчак, не имеют ничего общего с нетрадиционной сексуальной ориентацией и борделями. А если кто и имеет, так это их право. Проблемы страны, которые РПЦ могла бы решать, - это все-таки не концерт Мадонны в Лужниках, “Код да Винчи” Брауна, фильм Скорсезе, протестанты, масоны, евреи и, наконец, Письмо академиков”. Создается впечатление, что сама Церковь заинтересована в муссировании этих тем, будто и нет в стране сотен тысяч беспризорных и безнадзорных подростков, нет забитых младенцами детдомов, деградации и дебилизации населения от алкоголизма и наркомании, нет нищеты, распада семей, нет детской преступности и проституции. Едва ли эти и многие другие насущные проблемы, стоящие перед обществом, можно решать введением “Основ православной культуры” и рассказами о житиях русских святых, в том числе, убиенного большевиками бездарного царя Николая II. Высвечивается главный замысел Православной Церкви: войти-таки в светскую школу не мытьем, так катаньем, и дело здесь вовсе не в “социальном запросе” курса ОПК, хитро подменяющего вероучение. Пожалуй, прав Ефим Шифрин: “от догмата одной церкви до диктата одной партии рукой подать! Не надо перегораживать дорогу, ведущую в храм”.

В связи со всем сказанным вспоминается семинар-совещание “Взаимодействие образовательных учреждений и религиозных организаций в духовно-нравственном воспитании детей”, организованный Министерством образования РК и православным культурно-просветительским центром “Свет Валаама” и проводившийся на Валааме 15-17 мая 2006 г., на котором автор выступал с докладом “Проблемы духовно-нравственного образования”. “Нас русских (т.е. православных) – 80 процентов, так что пусть татары и все остальные изучают ОПК и нашу культуру”, - оппонировали священники. Как тут не напомнить историка Карамзина: “Поскреби русского…”. Собственно говоря, давно уже общепризнанно, что РПЦ внутри страны определяет свою паству не по вероисповедному, а по этнокультурному признаку. Впечатляющей была реакция церковнослужителей на выступление московского режиссера-педагога театра “Юные москвичи” “Развитие и коррекция нравственных качеств личности ребенка средствами театрального искусства”. Оказывается, театр, в чем вынудили режиссера признаться, - это отвергаемое Церковью греховное занятие, пробуждающее в детях тщеславие, честолюбие, амбиции и прочие соответствующие низкие чувства и стремления. Иван Давыдов в статье “Новое русское средневековье” (“Русский журнал”, 25.12.1997) проанализировал текст книжки “Православные чудеса в ХХ веке”, впервые вышедшей в Москве в 1993 г. тиражом 26000 экземпляров и выдержавшей затем еще несколько изданий и, понятно, умело нацеленной на формирование национальной идеи: “число врагов православного люда велико, вот их примерный список (не по степени важности, а по порядку упоминания на страницах книги): кино, театр (с. 21), евреи (с. 29), медицина, марксисты, пресса (с. 57), йоги, масонские ложи (с. 61), “внешне ученый человек, доктор, отступник Православия” (с. 75), армяне, “безбожные печать, радио и телевидение” (с. 120), “мирское богохульное учение” (с. 164), цейлонский факир, который, к слову, о православии едва ли слышал (с. 207), оккультист (с. 213), “бес в образе Льва Толстого”, точнее говоря, сам граф (с. 235), секта баптистов (с. 374), “мнимый ученый” (с. 380)”.

В этот ряд можно бы отнести и книги: читать излишне вредно, потому что “много читать, - утомительно для тела” (Еккл.12-12), а “кто умножает познания, умножает скорбь” (1:18). “Суета сует, сказал Екклесиаст, все – суета!” (12-8).

Из книги архимандритов Серафима (Алексиева) и Сергия (Язаджиева) “Почему православному христианину нельзя быть экуменистом” (СПб., 1992). В список надо добавить также и сионизм с его мировым заговором. Тлетворная роль в мировой истории принадлежит, как известно, евреям. Именно они во всем и всегда виноваты. Совсем как в своей книге “Как делают антисемитом” пишет А. Кураев: “И так силен в евреях революционный пафос, пророческий пафос, твердящий “мы в ответе за все”, что даже в крещеных евреях, в евреях, принявших священство и даже монашество, он продолжает вспыхивать”.

Евреи и Христа убили. Именно так преподают свой предмет многие “культурологи” ОПК. Как ни странно, но даже наши большие ученые, опираясь на “предание”, утверждают в своих изысканиях, что биологическим отцом Иисуса был римский легионер, грек по национальности, Пандера (Пантера), а вовсе не иудей, дряхлый и ни на что не способный старик Иосиф. Не от духа же святого Мария родила, в самом деле. Посмотрите, мол, на иконографические образы Иисуса и все станет ясно. Ну, какой же он иудей, т. е. еврей?! А посему “становятся понятными многие загадочные эпизоды земной жизни Иисуса, и в том числе, причина его крестной казни” (академик ПАНИ Б. Сапунов, “Земная жизнь Иисуса”).

Идея эта, в общем-то, - не первой свежести. Последователем француза Гобино (исследовал “избранность и чистоту германской расы”) был английский писатель, социолог, философ, предтеча нацистской идеологии Хьюстон Стюарт Чемберлен (1855-1927), которого казненный в Нюрнберге по приговору Международного военного трибунала Альфред Розенберг в своих работах признавал идеологом национал-социализма по части расовых “теорий”. Основная работа Чемберлена, принесшая ему скандальную известность, - “Основы XIX века” вышла в Мюнхене в 1899. Ученый на седьмом десятке вступил в нацистскую партию Гитлера. В своей монографии снискавший в Германии известность “теоретик” провел две основные темы: арийцы - как творцы и носители цивилизации, и евреи - как негативная расовая сила, разрушительный и вырождающийся фактор истории. Но для всех должно быть очевидным, писал он, что Христос не был евреем, в нем не было ни капли еврейской крови, а называвшие его евреем, были просто невежественными или лицемерными людьми. Таким образом, была “реанимирована” версия об арийском происхождении Христа, где его отцом будет назван римский легионер Пантера.

Процитируем в качестве примера уникальнейшего явления для современной России – болезни в форме русского национализма, или правильнее – расизма – стихи популярного черносотенного барда иеромонаха Романа (Матюшина) “Я антижид!” (“Русь Православная”, № 4, 1999):

Жиды – враги Христа и Церкви,
Клеветники Руси Святой.
Исподтишка стремятся к цели
С масонской падшею звездой.

<…>

Понять меня не так уж сложно,
Скажу, чтоб воду не цедить:
“Антисемитом быть не можно,
Антижидом нельзя не быть!”

К цели-то, какой они стремятся? - спросите Вы. Да все к той же: “Чем выше восходят евреи по ступеням власти, тем больше влечет их старая заветная конечная цель: достижение полного господства над всем миром”. (Гитлер, “Моя борьба”.)

Меж тем Максимилиан Волошин в “России распятой” написал о евреях: “этому народу мы обязаны истоками нашей веры”.

А почему бы в реестр богопротивных дел не отнести также спорт? Ведь отменил же римский император Феодосий Великий (379-395) в Византии как языческий культ в 394 г. н. э. Олимпийские игры, которые были возобновлены лишь спустя полторы тысячи лет! Феодосий известен тем, что утвердил в 380 г. господство православного католичества, а после его смерти через 15 лет Римская империя окончательно разделилась на Восточную и Западную. При нем была сожжена Александрийская библиотека – крупнейшее в древности собрание рукописных книг.

Полемический разговор о пользе и вреде телевидения состоялся не так давно за столом у Михаила Архангельского на канале “Культура”. Один из участников беседы священник Михаил Ардов сказал: “Нам ведь телевизор вообще-то смотреть нельзя”. По другую сторону экрана прозвучала реплика, к сожалению, не дошедшая до студии: “Разумеется, нельзя! Ведь не сказано же в Святом Писании, что телевизор смотреть позволено”.

Дискуссия сторонников и противников введения ОПК, по мнению одного из подписантов письма Жореса Алферова, приняла крайне резкий и неоправданно нетерпимый характер, и он обратился к главному редактору “Литературной газеты”: “принимая принципиальное положение о том, что наука и религия имеют совершенно разную основу: знание – в первом случае и веру – во втором, – мы всегда объединяемся в борьбе за высокие нравственные идеалы, культурные и духовные ценности”.

Диалог двух сторон продолжился 8 августа на пресс-конференции в Москве, которую дали в агентстве “Интерфакс” один из авторов письма академик Андрей Воробьев и представители Церкви - протоиерей Всеволод Чаплин и диакон Андрей Кураев, а также президент Академии педагогических наук Николай Никандров. Академик Воробьев заметил, что дискуссию “пора прекратить, т.к. она раскалывает общество”. Представители же РПЦ с воодушевлением готовы продолжать публичное обсуждение поднятых в “Письме академиков” тем. Более того, о. Андрей считает, что при всех “ляпах” и “полемических передержках”, письмо побуждает деятелей Церкви всерьез задуматься не только об общественной позиции, но и о внутренних проблемах. 13 августа в ходе пресс-конференции в РИА “Новости”, посвященной недавнему объединению РПЦ МП и РПЦЗ, глава Отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл заявил на вопрос журналиста о “Письме”, что никакой клерикализации в России не происходит, но Церковь не уйдет в изоляцию и особенно теперь, перед выборами в Госдуму и президента. Понятно, что “происходит вытеснение христианских ценностей из жизни общества”, - сказал он и призвал академиков к диалогу, “интеллектуальному разговору о положении Церкви и общества”.

Взвешенно и по существу дела высказался на Радио “Теос” 29 июля русский католик, член Папского Совета по делам мирян, историк Алексей Юдин. Он сказал слова, отражающие всю сложность ситуации, в которую попала РПЦ сегодня: “У нас не было университетов средневековых, где бы богословие было центральной, суммирующей частью образования. К нам пришёл светский университет, где богословского факультета вообще не было. И поэтому образование, соответственно наука, рассматривалась исключительно как светская область. Полемика, которую мы видим сейчас, очень характерна для 19-го века. Церковь сегодня в России повторяет тот же самый путь, что когда-то проходила церковь на Западе, в том числе и Католическая – отстаивание своих собственных интересов в качестве некой совершенной модели общества”.

В завершение хотелось бы сказать, что Церковь уже давно не живой организм, но институциональная социальная организация с присущим ей “сектантским соперничеством” и “межгрупповыми притязаниями на моральное превосходство и духовную непогрешимость”. Веками разделяемое на раздирающие цельность доктрины католицизм, православие и протестантизм, а также огромное количество христианских сект, христианство не может быть не озабочено потенциальным растворением в иных культах. Ясно, что когда организация ослабевает, мировая религия растаскивается сначала на мириады безликих образований, а потом и просто растворяется в других религиях или поглощается ими. Поэтому как всякая организация религиозная система тем более всеми силами стремится к самосохранению и выживанию. Весьма симптоматично в этом смысле так называемое “Чукотское послание” епископа Анадырского и Чукотского Диомида (Дзюбана) (т. е. его открытое письмо “Ко всем верным чадам святой Православной Церкви”), омрачившее начало Великого Поста 2007 г., в котором обвиняется верховное начальство РПЦ в “отступлениях от чистоты православного вероучения”. С одной стороны, в “Письме Диомида” содержатся такие серьезные пункты, как упреки руководства Патриархии в “духовном соглашательстве, подчиняющем церковную власть мирской, зачастую богоборческой власти, в ущерб богодарованной свободе”. Или констатация “молчаливого согласия вместо обличения антинародной политики существующей власти, приводящей к распаду государства, демографическому кризису и другим негативным последствиям”.

В этой связи не могут, к примеру, остаться незамеченными известные процессы, наблюдающиеся в последние десятилетия в исламе, которые характеризуются активизацией и укреплением связей мусульманских лидеров. Построение Исламского государства является обязанностью, которую Аллах наложил на мусульман, приказав им исполнить её, и остерёг их своим наказанием, если они проявят упущение при исполнении этой обязанности. Вот что читаем из документов Аль-Каиды - Международного исламского фронта: “Основной целью организации является свержение светских режимов в арабских странах и установление там теократического строя с нормами шариата (исламского права), а в перспективе - объединение всех мусульманских стран в один Халифат и установление основывающегося исламского порядка”.

И все же наиболее существенное, как думается, состоит в том, что в основе института Церкви – устоявшаяся традиция, предание и напрочь отсутствующие религиозная новация и элемент творчества. Этот печальный факт стагнации внутреннего содержания Церкви ставит ее в противоречие с замыслом Бога, с актом творения творческого, развивающегося человека, призванного на личном опыте познавать Божественное. Церковность совершенно несовместима с живой верой. Христианству всерьез грозит участь, выраженная одним из его собственных кредо: “Семья, раздираемая распрями, не устоит”.

Понятно нарастающее у нас влияние православия на общество, внедрение в государственные институты, прежде всего, в светское образование, Вооруженные Силы, правоохранительные органы. Курс Основ православной культуры не только важен для Церкви, он также имеет принципиальное значение для формирования православной гражданской идентичности. Однако ни власть, ни лично президент, не чувствуя поддержки со стороны части общественности и со стороны многих чиновников, не готовы поступиться светским характером российского общества и не идут на чрезмерное сближение с РПЦ, а скорее подчеркивают его многоконфессиональный уклад. За словесной трескотней об Основах православной культуры на самом деле надо бы задуматься о будущем России. Как никогда, но именно сейчас следовало бы приложить максимум усилий для консолидации нашей полиэтнической и -конфессиональной Родины, оказавшейся лицом к лицу с острой проблемой ксенофобии, национализма, экстремизма, расизма, и именно Русская Православная Церковь должна бы быть в авангарде сил объединения, а не разобщения и развала. Православная Церковь считается “общиной исцеления”, “врачебницей” души и тела. Так, может, призвание РПЦ и состоит в том, чтобы врачевать, успокаивать, утешать душу. Возможно, Церковь могла бы также объединять славянские народы мира, оказавшиеся в последние десятилетия вновь разделёнными. Надо признать, православные страны уже не ориентируются на Россию: Греция, Болгария, Румыния состоят в Европейском Союзе (а Греция и в НАТО), Грузия и Украина тоже стремятся туда.

И вообще, разве подлинная Церковь должна служить своим интересам, а не людям во имя Бога?

Православные священнослужители совершенно справедливо заявляют о том, что разрыв с прежними ценностями нарушает ментальность человека, отрывает его от почвы, на которой он вырос. Возвращение народу имен выдающихся писателей, художников, философов и богословов, восстановление храмов, сохранение национального и культурного наследия, гражданского мира в обществе — это сфера, где возможен диалог между государством и православием. Существенное же состоит в том, чтобы сохранялся принцип независимости, неподчиненности. Поэтому в государственной школе православие, основы любой религии могут изучаться с культурологических позиций.

В своей книге “Русское искусство: от древности до авангарда” Дмитрий Лихачев писал: “Расцвет русской культуры в XVIII и XIX веках совершился на многонациональной почве в Москве и, главным образом, в Петербурге. Население Петербурга с самого начала было многонациональным. Его главная улица — Невский проспект стал своеобразным проспектом веротерпимости, где бок о бок с православными церквами находились церкви голландская, немецкая, католическая, а вблизи от Невского — финская, шведская, французская. Не все знают, что самый большой и богатый буддийский храм в Европе построен именно в Петербурге. В Петрограде же была построена богатейшая мечеть”.

 

16 августа 2007 года

 

Альбрехт Дюрер (21.05.1471 - 6.04.1528). Графика

"Компания открытых систем" приглашает всех заинтересованных лиц (богословов, политиков, журналистов, научных работников и др.) дать свои комментарии по поводу данной статьи господина Паасо В.Т. и прислать их на email: Sirine@mail.ru . Наиболее интересные отклики, статьи, высказывания обязательно будут опубликованы на портале.

 

Статья поступила в редакцию 17.08.2007г.

 

 

 

Вернуться

Ваше время - наша работа!

На головную портала

.

Парусники мира. Коллекционные работы

Услуги сиделок

РУССКИЕ ХУДОЖНИКИ *** RUSSIAN ARTISTS

Только подписка гарантирует Вам оперативное получение информации о новинках данного раздела


Желтые стр. СИРИНА - Новости - подписка через Subscribe.Ru

Нужное: Услуги нянь Коллекционные куклы Уборка, мытье окон

Copyright © КОМПАНИЯ ОТКРЫТЫХ СИСТЕМ. Все права сохраняются. Последняя редакция: января 23, 2012 22:34:58.